18:23 

Fastiell
в волосах у неё репейник, лицо в пыли, а кроссовки — что затонувшие корабли.
Так интересно наблюдать, насколько Андромеда стоит на плечах у всех предыдущих игр — как массэффектов, так и драгонэйджей.
Вот разъезжание на машинке по неизведанным планетам — это МЕ1. Но здесь вместо одинаковых кусков рельефа, различающихся только цветом, с одинаковым бессмысленным собирательством, — большие площади открытого мира, на котором происходит бо́льшая часть сюжета, много как основных, так и дополнительных квестов. Это делает планеты действительно разными, а разъезжание по ним — осмысленным. Сам открытый мир с точками фаст-трэвел, кстати, очень откровенно скопирован с Инквизиции: это работало там, работает и здесь. Ну и Кочевник — я уже говорила, это почти копия Мако, только он волшебным образом не раздражает. А на одной конкретной планетке (практически астероиде) так и вообще вызывает уииии, любовь и нежность.
Ещё оттуда же — угрозы, те, которые по-английски hazard. Но, опять же, в первой игре они различались только названиями и степенью, а здесь они работают по-разному. Если на Эосе и Волде ты просто можешь находиться вне лагеря довольно ограниченное время, то на Кадаре можно гулять сколько угодно — зато наступив в воду, умираешь очень быстро. А на том самом астероиде вообще можешь выходить из Кочевника только в очень определённых местах.
Здесь снова есть головоломки, как в первых двух МЕ. На этот раз — это судоку, и это круче всех предыдущих вариантов. Потому что, во-первых, без ограничения по времени, можно думать сколько хочешь. Во-вторых, интересно само по себе — судоку так не надоедает, как, например, тот кружочек из МЕ1. И в-третьих, по сравнению с МЕ1 и МЕ2, они встречаются очень редко. Только на монолитах, и то не на всех. Не на каждой запертой двери, как во второй игре.
Формат миссий, как в трилогии, тоже остался, хотя теперь это меньшая часть игры. И снова, совмещение форматов — это здорово, потому что для разных квестов удобен разный формат. Остались вмешательства в события — но теперь это не „сделать хорошо” или „сделать плохо”, как в Годвилле, а „спасти”, „выстрелить”, „поцеловать”. Во-первых, ура, наконец-то понятно, в чём будет состоять вмешательство. Во-вторых, так здорово, что систему характеров убрали наконец. Её странно было бы убирать в трилогии, раз уж она там есть, но уже и Шепард откровенно становилось тесно в этих рамках „хорошая-плохая”, а в Андромеде ещё больше таких выборов, когда даже и не знаешь, что здесь моральнее-то.
Экспедиция на Андромеду отправилась, судя по отсылкам, примерно во время начала второй игры. И отсылки эти — такие небольшие и изящные. Вот, например, находишь парочку безумных учёных, и они тебе рассказывают: мы когда-то работали на Церберов, но потом наш начальник с этой его Мирандой перестали финансировать наш проект, а вместо этого решили мёртвых воскрешать.
Ну и вообще.

@темы: ассортимент курительных смесей, восторги и обожания

URL
Комментарии
2017-05-18 в 11:19 

Манькофа
"...знай, что не сможешь к земле приковать ты ветер, летящий на свет" (с)
Блин, вот ты описываешь, и я ловлю себя на том, что в первой игре во как раз меня бесит все то, что ты называешь бесячим, и рассказываешь , что исправили как раз, как я представляла себе, что можно было бы исправить!

2017-05-18 в 18:13 

Fastiell
в волосах у неё репейник, лицо в пыли, а кроссовки — что затонувшие корабли.
Манькофа, ы, это классно же.)
Вообще я, пройдя первую игру, помнится, писала пост „почему я ненавижу массыффект”, ибо эмоции он вызвал довольно противоречивые, ага.

URL
   

Sacrifice Arcadia Bay

главная